Шесть лет спустя

Так долго вместе прожили, что вновь
второе января пришлось на вторник,
что удивленно поднятая бровь,
как со стекла автомобиля — дворник,
                с лица сгоняла смутную печаль,
                незамутненной оставляя даль.

Так долго вместе прожили, что снег
коль выпадал, то думалось — навеки,
что, дабы не зажмуривать ей век,
я прикрывал ладонью их, и веки,
                не веря, что их пробуют спасти,
                метались там, как бабочки в горсти.

Так чужды были всякой новизне,
что тесные объятия во сне
                бесчестили любой психоанализ;
что губы, припадавшие к плечу,
с моими, задувавшими свечу,
                не видя дел иных, соединялись.

Так долго вместе прожили, что роз
семейство на обшарпанных обоях
сменилось целой рощею берез,
и деньги появились у обоих,
                и тридцать дней над морем, языкат,
                грозил пожаром Турции закат.

Так долго вместе прожили без книг,
без мебели, без утвари на старом
диванчике, что — прежде, чем возник,-
был треугольник перпендикуляром,
                восставленным знакомыми стоймя
                над слившимися точками двумя.

Так долго вместе прожили мы с ней,
что сделали из собственных теней
                мы дверь себе — работаешь ли, спишь ли,
но створки не распахивались врозь,
и мы прошли их, видимо, насквозь
                и черным ходом в будущее вышли.
1968 г.

Строфы века. Антология русской поэзии.
Сост. Е.Евтушенко.
Минск, Москва: Полифакт, 1995.

Добавить комментарий